Поколение / Безграничные .

 22фев14 

Мы поколение, утро которого начинается с просмотра заката в LA, а вечер заканчивается рассветом на берегу индийского океана. Инстаграм позволяет нам все. Скорость, с которой мы получаем новости по миру, измеряется в ударах об клавиатуру. И все это уже давно стерло наши рамки или границы. Мы выросли на том, что иконописная Монро на золотистом фоне в исполнении Уорхола уже ни у кого не вызывает недоумения. Это время, когда все перемешалось. Незнакомых людей мы знаем лучше, чем соседей. Глянцевые журналы валяются у нас вперемешку с Пушкиным. А в Gipsy можно встретить олигархов, сидящих за одной барной стойкой со скейтерами. Девочки, на айфонах которых красуются розовые hello kitty, обсуждают с мальчиками на равных девальвацию рубля. Им впервые не приходится учиться независимости. Они теперь учатся не брать все в свои руки и хоть что-то оставлять мужчинам. Это время, когда рэперы, не краснея, защищают религию и зачитывают под бит стихи Твардовского. А самые ярые интеллектуалы, в свою очередь, ничем не отличаются от общей массы. А если точнее, то ее и составляют, ведь противоборствующий жанр сегодня у нас находится на уровне мейнстрима. Браслет из бисера, сделанный младшей сестрой на уроках труда, мы надеваем на одну руку вместе с браслетом Cartier. Nike Air научились носить под платье Herve Leger, сталь смешивать с золотом, а гранж переплетать с классикой. Ничего не отрицаем, но ни к чему и не стремимся. Нам так нравится подчеркивать свое не слишком серьезное отношение ко всему и к себе в первую очередь. Мы смеемся и первые же указываем на свои пороки, лишая кого-то другого этой возможности.
 Мы редко очаровываемся. Ведь это так сложно быть заинтересованным сегодня, когда с легкостью можешь просчитать через сколько дней-минут тебе перестанет быть интересно.
 Мы научились получать удовольствие от абстрагирования. Так яростно убегаем от людей, показывая тем самым, как сильно мы нуждаемся, чтобы нас услышали.
 Я не знаю, от чего мы страдаем больше: от того что не умеем не замечать несовершенства или от того, что их наличие нас все еще трогает. Нас наградили возможностью видеть реальность трезво, но не отобрали надежду, что она может быть лучше. Громко отвергаем то, во что сами верим.
 Прославляем экзистенциализм и не прощаем малейших слабостей. Чувствуем себя комфортно, исключительно когда все идет по плану. Нам нравится контролировать свое время, наличие масла в двигаете, баланс на карточке и свои отношения к тем или иным вещам.

 Бога, любовь, планету, космос - все вокруг мы прировняли к себе, растолковали и объяснили. Мы хвастаемся ответственностью, которую взяли вдоль и поперек в свои руки. Но недооценили, как тяжело, порой, с ней идти. И как необходимо, иногда бывает, от чего-то зависеть. 
 И вот теперь единственное и самое сокровенное наше желание это найти такое, что будет выше и сильнее нас. Больше всего мы ждем ту эмоцию, которая окажется нам неподвластна. И в конце концов мы сражаемся не со слабостью, а со своей силой. Цепляемся до последнего за то редкое, что может вывести нас из равновесия, которое мы сами так тщательно выстраивали. Постоянно боремся, чтобы встретить то самое, что сможет нас перебороть.

Но все-таки… Наверное… Я не о целом поколении… Я говорю о тех, кто делает это время самым интересным из всех времен. А меня… Самой счастливой… От того, что я живу именно здесь и сейчас. Среди них. Среди вас. Среди нас.

Никому еще не было так сложно, ведь ни за чьими плечами еще столько не стояло. 

мантра .

28янв14

А может, прав тот, кто стремится жить уже сейчас? Не завтра, не с понедельника, не по окончанию института… А сейчас. Иногда мне кажется, что я совсем себя не знаю. Я так тщательно стремилась быть той… Такой… Какой-то… Вылепливала саму себя. Строила. По кирпичикам. И так хочется, моментами, выдернуть нижнюю дощечку, чтоб все посыпалось, как карточный домик... Рвануть в путешествие. С незнакомыми в незнакомое. Ходить босиком по асфальту. Останавливать попутные машины. Выходить из поезда посреди леса, не зная название станции. По утрам стряхивать пепел, пачкая белые простыни. Уметь целовать кого-то, зная при этом, что через час уже не захочется. Или наоборот любить кого-то так бессомнительно, безукоризненно, так уверенно в том, что завтра это не изменится. Принимать людей, пусть даже они не такие, как хотелось бы, потому что таких, как хотелось, не нашлось. Перестать бояться времени. И не думать каждый день, приблизилась ли я к чему-то. Приблизилась ли я к той себе. Успеваю ли я что-то. Нет, ну а почему всем можно, а мне нельзя? Почему мне нельзя без ощущения, что судьба решается: здесь и сейчас. И так перед сном каждую ночь - будто здесь и сейчас. 

 Вещи, важные когда-то… Растворились. Продолжают растворяться. И не только вещи… Что от них осталось, кроме нелепого непонимания, как они вообще имели что-то общее со мной ? А что будет иметь смысл спустя энное количество лет? Песни, заученные до дыр когда-то? Невредимые легкие или печень? Друзья детства, которых подпустил к себе за шиворот, когда еще умел по настоящему подпускать? Исписанные листы в протертых блокнотах? Оценки в зачетке? Мамино кольцо, которое в детстве, казалось, срослось с пальцем, но однажды было снято и больше не надевалось? А может фотографии, персонажей на которых уже не узнаешь? Определенные места в городе, которые не изменились и которые помнят. Помнят прежнего тебя? Вера в образы, во что-то без несоверешнств, вера в всеобщую справедливость? В себя? Или пианино, над клавишами которого, склонив голову, плачешь раз в пол года, нюхая его почему-то особенный запах?

 Утро всегда наступает. Но у тебя остаешься ты. И в конечном итоге… Всего-то и нужно, чтобы однажды тот, кто в зеркале, тебе не оказался противен. А узнаешь ли ты в нем вчерашнего себя… Или же это будет завтрашней ты... Это тоже, впрочем, не так уж и важно. Важно, что сейчас ты - тот. И ты доволен им.

И это единственная возможная мантра на сегодня, на понедельник и на утро воскресенья. Куда бы и какую бы меня не занесло.

я на 22сент13 года

 Я так привыкла мыслить без границ. Я не умею по-другому. Любые рамки сдавливают мой воздух. Мое пространство. Где-то в закромах моей души есть больной кусок, который мешает мне жить спокойно. Который хочет послать к черту всю эту планету и существовать только по своим правилам. И ему все равно… Что эти правила едва могут ужиться с этой самой планетой. Какой-то непонятный комок энергии во мне, который все еще хочет верить. Верить во все самое невозможное… Во что-то идеальное… Пусть и идеальное в моем, корявом, смысле этого слова. Эта энергия заставляет относиться к каждой работе, как к последней. Поэтому бумага, на которой я рисую, всегда протерта до дыр. А мой блог не обновляется месяцами. Я катастрофически не умею не отвечать за каждое свое слово. А мои руки не поднимаются обнимать того, кого мне не хочется обнимать до одурения.
 К окружающим у меня те же требования, что и к себе. Без оговорок на что-либо меньшее. Потому что не люблю это чувство, когда тянуться не приходится. Я не боюсь, когда трудно идти. Мне страшно стоять на месте. Я в силах быть одна. Наверное. Но я точно не в силах быть с тем, кто не способен осознать всю меня до последнего миллиметра. И вот поэтому я чаще всего одна. 

  Этот странный кусок моей души заставляет снова и снова бросаться в людей с головой. Необдуманно и слепо. Без всяких намеков на заднюю передачу. Он же заставляет меня и прощать. Прощать и принимать, несмотря на то, что весь смысл говорит об обратном. Я пытаюсь учиться выкидывать тех, кого уже нет рядом. Но мне все чаще кажется, что мое сердце - это билет в один конец. И я помню каждого, кто однажды туда зашел, несмотря на все разъединяющие нас года или километры. 

  Мне было бы гораздо легче не чувствовать. Особенно некоторых людей, к которым я ни разу в жизни не прикасалась. Ну, в этой жизни, по крайней мере... Я смотрю в глаза и вижу, какой эмоцией человек набрал воздух. Вижу, с какими мыслями он смотрит в потолок перед сном. И это правда страшно. Меня действительно пугает это умение ловить какие-то вещи, которые не имеют какого-либо основания мною ловиться. И в конечном итоге начинаешь завидовать каждый раз, когда кто-то легко удивляется.

  Я постоянно не засыпаю вовремя, а потом ненавижу утро. Или же, наооборот, во вторник сплю до обеда. Мне нравится читать про необычную любовь, как у Энтони и Глории, но в моей кровати преимущественно валяется Достоевский - и, знаете, в этом факте вся я. Мне бы хотелось полюбить комедии и не переживать из-за того, что в июне начинают торговать ландышами. А еще подружиться с зонтом и научиться одеваться по погоде. Я бы хотела в детстве мечтать о пышной свадьбе, как это делают все нормальные девочки, а не о том, чтобы меня услышало как можно больше людей. Я бы хотела не думать и не ощущать, что я здесь лишняя. И не писать об этом корявым почерком по ночам дневнике. Мне было бы однозначно проще без всех этих загвоздок. И я с удовольствием вырвала бы из себя этот больной кусок. И жила бы с этими людьми в одной плоскости, ничем не отличаясь. И вероятно… Я бы улыбалась на фотографиях гораздо чаще, чем сейчас. Но... Была бы на них эта искренность?

мальчик мой .

19апр13

29окт14 -  а эта заметка настолько утопическая, что сама едва верю, что писала ее я. она легче всего остального. меня легче. поэтому и цепляюсь за нее, и люблю ее так по-особенному. вроде как баллада первокурсника на тему "каким я вижу себя через цать лет..".

Мальчик мой, мы будем такими счастливыми. А они никак не поймут, зачем мы рано утром фотографируем уток, плавающих по Москве-реке. Мы будем смеяться, стоя под ливнями, пытаясь словить на себе каждую каплю этой живой воды, в то время, когда город убегает от нее под крыши домов. Нам никак не смогут простить, что мы не умеем улыбаться кому попало и всем подряд. Мы будем такими честными и смелыми. Что про нас непременно будут ходить дурные слухи. Но если людям так этого хочется, мы с тобой разрешим в них верить, правда? Мы будем такими требовательными и безжалостными, в первую очередь по отношению к себе. Такими определенно не согласными на меньшее. Мы будем громко хохотать, до самых коликов в животе - друг над другом, под старые диснеевские мультики или играя в X-box. По ночам будем мечтать под Рахманинова или грустить под Цветаеву. А еще нашей с тобой песней будет та самая "Маечки"... Той самой, под чью музыку я выросла. А еще мы постоянно будем прятаться под серые одежды и темные очки. Ведь почему-то, как ни странно, даже в сером цвете мы с тобой самые яркие в этой толпе. Можем, и будем недовольны множеством новых законопроектов, но никогда не будем диссидентами. Будем спорить, чье детство счастливее - в романтичном социализме или в здравом капитализме. Мы с легкостью будем нарушать нелепые общепринятые нормы. Осмелимся жить так, как нравится нам. Будем плакать под фильм "Кокаин" вместо "Титаника". Будем ездить в супермаркет среди ночи, варить овсянку на ужин и спать по понедельникам до обеда, если нам этого захочется. И в то же время какие-то псевдо интеллектуалы постоянно будут осуждать нас за то, что мы, бывает, слушаем популярную музыку, не любим Тарковского и постоянно, видите ли, фотографируемся на переднюю камеру айфона. Но нам будет все равно. Люди просто не верят, что можно жить, не ограничивая себя. А наша легкая небрежность во всем будет продумана и проанализирована до мелочей. Мы ведь не признаём идеалов, но постоянно к ним стремимся. Ты знаешь, к счастью или к сожалению, но у нас никогда не получится быть такими, как они. Мы не разучимся прощать и чувствовать, как бы этому не способствовали окружающие. Мы не будем поступать с людьми так же, как они поступают с нами. Ведь мы умеем разделять чужую радость и не умеем не протягивать руку. Мы будем улыбаться хмурым прохожим и невежливым гаишникам. Мы не будем ругать свою страну, а поблагодарим ее и сделаем еще лучше. А если и станем винить кого-то в собственных неудачах, то только себя. Ведь в этой жизни есть все, что нам нужно и даже больше. И это только наши проблемы, если у нас не хватает храбрости взять все то, что мы хотим. 
В общем, если проще говоря, то нам не придется объяснять друг другу, почему я, например, не признаю цветы на восьмое марта, и почему ты, например, нуждаешься в одиночестве по утрам. Так вот. Мальчик мой, я уверенна, у нас с тобой хватит духу быть такими счастливыми, как никому не удавалось. Мы будем любить особенной любовью, своей любовью, - странной, непонятной, дикой, кривой, сумасшедшей, но настоящей - любить друг друга так сильно, как не осмеливался до этого никто и никогда. 

Засыпаю, слушая Стравинского .

4дек12 

Давно пора научиться любить того, кто не терзает твою душу, а лечит. Полюбить, например, за то, что можно, не задумываясь, в любую минуту, положить голову ему на живот. Тому, кто будет наслаждаться твоей неприземленностью. Этот человек может не понимать тебя в чем-то, но эта загадка и будет держать нить, которая никогда не рвется. Этот человек будет вечно благодарить тебя за то, что ты пустила его в свой странный мир, за то, что позволила ему летать. Подниматься над этой реальностью. Он будет наслаждаться запахом твоих волос, а ты будешь жаловаться, что чай остыл. Ты можешь капризничать и вести себя, как ребенок, понимая, что этим проявлением слабости очарованы. Ты можешь переложить груз своих вопросов на чужие плечи, такие сильные и величественные. Ты можешь обнимать эти самые плечи сколько душе угодно, ведь они никогда не посмеют тебя оттолкнуть. Можешь спрятаться за этой спиной, когда не хочешь, чтобы город видел твое лицо. Ты знаешь наверняка, что зимой тебя возьмут за руку и, положив ее в свой карман, согреют. Ты можешь надевать самый обыкновенный и несуразный свитер и чувствовать себя в нем уверенной и желанной - ведь от тебя не отводят глаз. К прочему, ты всегда получишь от него знак, когда в чем-то ты не права. Он почему-то всегда знает, когда это именно так. У него хватает храбрости спорить с тобой и противоречить тебе. У него хватает силы быть твердым и неприступным. Он не теряет чувство правды и уверен во всем, с чем соприкасается. Поэтому и возникает ощущение, что ты в полной безопасности, когда он рядом. Ты знаешь, что даже если весь этот мир покатится к чертям, этот человек тебя спасет. Ведь его колея непоколебима. Ему не надо доказывать, что ты в него веришь, потому что он верит в тебя и в твое присутствие. 
 Ты не волнуешься, когда его видишь. Не перепроверяешь смски, которые ему пишешь. Ты знаешь, что тебя все равно примут. Любой. Робости давно нет, ни в тебе, ни в нем, есть надежность. И ты не мучаешься в сомнениях и догадках, ты спишь спокойно. 

Короче, в идеале так бы и надо,

Такая любовь, к нему, на повторе.

Боже, веришь, я может сама бы и рада,

Но у меня тут Стравинский играет в миноре.

29окт14 : так четко помню, после какого вечера и с кем написала эту заметку. и счастье , спустя два года - я также имею эту возможность - в любую минуту минуту положить голову ему на живот - только теперь ценю ее еще сильнее. и вообще отчетливее стали раскладываться эти сложные формы на простые геометрические фигуры.